На прошлой неделе СОЮЗМОЛОКО опубликовал, наконец, Программу развития племенного животноводства, которую разрабатывал в течение нескольких месяцев. Сразу хотелось бы оговориться: в программе содержатся два совершенно здравых предложения.

Во-первых, это создание системы идентификации крупного рогатого скота. Во-вторых, это создание племенных ассоциаций по породам со всеми вытекающими отсюда последствиями, в том числе предоставление племенного статуса не хозяйству, не его руководителю, а животному.

Первый пункт позволит:

1. Наконец учесть весь скот и положит конец государственным инсинуациям относительно наличия скота в ЛПХ.

2. Создаст возможность контролировать оборот сельскохозяйственных животных.

3. Займет шаловливые руки чиновников Россельхознадзора, которые от незнания, чем бы полезным себя занять, пытаются взвалить на себя функции Роспотребнадзора и обрушиваются с незаконными списками и проверками на производителей готовой молочной продукции.

Стоит, кстати, отметить, что в Программе СОЮЗМОЛОКО про Россельхознадзор не сказано ни слова, и функции по идентификации животных возлагаются на Минсельхоз.

Будем считать это незначительной ошибкой. Тем более, что есть пункты программы, которые вызывают более серьезные вопросы и даже опасения.

Второй пункт (создание племенных ассоциаций по породам) - это шаг к прекращению монополии государства и нескольких прихлебателей, направляющих финансовые потоки в племенном бизнесе в свои карманы.

НО!

Если говорить о программе развития племенного животноводства в целом, то ее логика, философия, цели и задачи вызывают серьезные вопросы и даже опасения.

Если обобщить и в двух словах рассказать, о чем эта программа, то звучать данная дефиниция будет так: это программа о том, как создать закрытый клуб производителей молока за государственные деньги. Причем не закрытый клуб собственников племенного скота, а именно - производителей молока.

Объясняю.

1. Закрытость.

Сама программа (как и многое в недрах СОЮЗМОЛОКО) создавалась в режиме ограниченного доступа участников рынка. То есть как бы PR-кампания была, но реально в разработке программы принимал участие узкий круг представителей рынка.

Не допускались даже средства массовой информации, которые могли бы создать дополнительную дискуссию среди участников индустрии. Что в итоге?

В числе разработчиков указано лишь 5 производителей молока - ЭкоНива, Дамате, Зеленая Долина, Трио, Концерн Детскосельский.

Добавим еще три ассоциации: Ассоциацию производителей КРС голшитнской породы (пока, к сожалению, она ограничена в основном несколькими хозяйствами Поволжья), СОЮЗМОЛОКО (по сути это те же Дамате, Эконива, Зеленая Долина и ТРИО) и Нацплемсоюз (это те самые монополисты племенного рынка).

Достаточно ли этого? Нет. Даже если говорить о крупных производителях молока, то их значительно больше, чем указано выше, и не всегда их мнение совпадает с мнением СОЮЗМОЛОКО.

Выражает ли данный список мнение большинства? Нет. Хотелось бы напомнить, что по данным Центра Изучения Молочного Рынка, в России более 33 тыс. хозяйств со средним поголовьем 133 коровы. Причем 2/3 - это крестьянско-фермерские хозяйства.

Было ли реальное общественное обсуждение программы? Нет. В ходе разработки программы участие СМИ (и в первую очередь, The DairyNews как главного критика СОЮЗМОЛОКО) не допускалось. Широкая профессиональная общественность не имела возможности познакомиться с ходом создания и обсуждения документа.

Что мы в итоге получили? Программу. Не проект программы, а программу. То есть любое ваше мнение уже в расчет не принимается. Поздно.

Если СОЮЗМОЛОКО не выбрал вас в качестве участника своих закрытых встреч, если ваша точка зрения не совпадает с СОЮЗМОЛОКО или, скажем, с Дамате, если вы не оплатили услуги KPMG, значит вам придется согласиться с тем, что вам предлагают.

А что вам - нам- предлагают?

2. Цели и задачи.

Я допускаю, что представители СОЮЗМОЛОКО и молочных холдингов могут не знать, как правильно формулировать цели и задачи. Но я не сомневаюсь, что эксперты KPMG знают, как правильно ставить цель! ЦЕЛЬ! А не цели.

Цель должна быть одна. Всегда! Это безусловное правило любого бизнес-процесса. Этому учат студентов на первом курсе. В нашей же «Программе» целей три:

1. Увеличение продуктивности выпуска и повышение качества племеннои? продукции.

2. Повышение уровня самообеспеченности отечественным племенным материалом для обеспечения продовольственнои? безопасности страны.

3. Интеграция РФ в международную систему племеннои? работы и повышение конкурентоспособности отечественнои? племеннои? продукции на зарубежных рынках.

Если это все обобщить, то целью Программы повышения эффективности работы племенного молочного скотоводства в России является повышение эффективности работы племенного скотоводства в России.

То есть мы должны работать для того, чтобы работать.

Давайте все-таки разберемся, зачем нужно повышать эффективность работы племенного животноводства?

На мой взгляд (и думаю, что я не одинок), цель в бизнесе - зарабатывание денег. Здоровый производственный бизнес зарабатывает деньги от продаж своей продукции и услуг. Нездоровый - от субсидий и различных финансовых махинаций (понятно, что г-н Даниленко - председатель Правления СОЮЗМОЛОКО -, имеющий опыт разорения нескольких молочных производств, никогда не ставил перед собой целью зарабатывать деньги продажами, но все же…).

Молочное животноводство как производственный комплекс и племенное животноводство как часть его - зарабатывает деньги от продажи перерабатывающим компаниям сырого молока (которое в дальнейшем должно быть переработано и продано конечному потребителю или же в качестве ингредиента для дальнейшей переработки).

Соответственно, молока должно быть много, оно должно быть качественным и конкурентным по цене (то есть оно должно конкурировать по цене с молоком, произведенным в других странах, и соответствовать платежным ожиданиям конечного потребителя).

Племенное животноводство как часть - всего лишь часть - производственного комплекса должно обеспечить рост в России производства качественного молока с наилучшими показателями по белковому и жировому составу, по цене способного конкурировать на глобальных ранках. И создание условий для роста производства такого молока и должно являться целью программы. Должно, но не является.

Задачи вытекают из цели. Я не буду их перечислять все, но главные - это создание доступного и дешевого генетического материала (семя, эмбрионы, нетели и т.д.), улучшение качественных показателей молока, увеличение роста поголовья племенного скота, увеличение продуктивного долголетия КРС и т.д.

А вот идентификация и создание ассоциаций по породам - это инструментарий.

Но вернемся к целям. Мы видим, что цели размыты. Почему?

Допускаю, что реальные цели другие. А какие?

3. Философия и цифры.

Это ключевой момент «Программы». Вся философия программы раскрывается вот в этой картинке и в таблице ключевых показателей эффективности программы.

Картинка наглядно показывает, что существуют два пути увеличения производства молока (по мнению разработчиков): Интенсивный - через увеличение пожизненной продуктивности и экстенсивный - через увеличение численности скота, который влечет, естественно, рост числа хозяйств и рост среднего размера стада.

И рост числа хозяйств - это не наш путь.

ПОЧЕМУ?!

С 80-х годов XX века Россия потеряла 75% поголовья коров. В результате помимо потери непосредственно молочного рынка мы также получили огромные площади невозделываемых земель, особенно в нечерноземной зоне, а также спившееся население, потерявшее интерес к сельскому хозяйству.

Программа развития эффективности молочного племенного животноводства предлагает еще сократить поголовье с 7,3 млн. голов (пусть эта цифра и неправильная - реальное поголовье без учета ЛПХ, по данным Центр Изучения Молочного Рынка, - 4,5 млн. голов) до 5,3 (как я понимаю, тоже с четом ЛПХ), то на есть 25%!

Увеличение числа хозяйств не рассматривается как возможный перспективный путь развития молочного производства.

Социальное значение данного плана переоценить сложно: вывод из производства 2 млн голов (пусть и из числа неэффективных хозяйств) повлечет сокращение числа занятого сельского населения не менее, чем 500 тыс. человек. Это люди, которые которые, по мнению, разработчиков программы, должны либо спиться, либо покинуть покинуть сельскую местность.

Но производство сырого молока по логике Программы все же дожно учеличиться за счет роста среднего надоя - с 29,2 млн. тонн до 33,9 млн. тонн, то есть на 16%.

При этом, если допустить ежегодный стабильный прирост производства сырого молока на 3% за счет экстенсивного роста поголовья, сохранении существующих надоев и увеличении числа хозяйств, то с 29,2 млн. тонн к 2025 году объем составит 39 млн. тонн молока.

ВСЁ!!!! Дальше программу можно не читать!

Потому что уже не так интересно знать, каким образом получается, что на создание системы идентификации животных государству необходимо будет потратить 11,2 млрд. рублей. Потому что обычно система идентификации - это источник дохода для государства.

Например, когда Вы регистрируете свой автомобиль, то получение регистрационного знака - это платная услуга. Почему тогда регистрация скота не должна приносить доход государству?

И уже не интересно знать, почему на создание деятельности ассоциаций по породам государство должно выплатить 6,7 млрд. рублей. Насколько я понимаю, ассоциации по породам - это некоммерческие организации, финансировать которые должен непосредственно бизнес.

И уже не интересно знать, на какие такие «инновационные технологии» государство должно потратить 20,5 млрд. рублей.

Не интересно всё это знать, потому что суть программы такова: государство за 9 лет должно выделить почти 40 млрд. рублей для финансирования сокращения поголовья КРС на 2 млн. голов.

Мне не понятно, почему нельзя одновременно наращивать поголовье, увеличивать продуктивность и наращивать генетический потенциал. Хотя нет, понятно.

Реальная цель программы очень проста: концентрация производства, сокращение субъектов получения государственный поддержки и концентрация этой поддержки в руках у тех, кто остался.

То есть создания такого клуба производителей молока. Закрытого клуба. Клуба, члены которого хотят дорого продавать свое молоко, имея плюсом государственную поддержку.

Теперь вернемся цифрам.

При правильно построенном менеджменте стада ежегодный прирост поголовья должен составлять примерно 5%. Важно только обеспечить животных кормлением и условиями содержания, а также обеспечить их реализацию.

То есть ежегодный прирост производства молока без развития надоев совершенно спокойно может быть создан без каких-либо дополнительных вливаний. А если еще и поработать над надоями, то рост может и ускориться. Важно только найти сбыт молоку. А для этого молоко должно быть конкурентным по качеству и по цене.

И именно для этого и должна развиваться генетика - для того, чтобы снизить себестоимость производства сырого молока, облегчая для производителей доступ к племенному материалу, увеличивая выход сухих веществ в молоке, адаптируя скот к условиям содержания и кормления.

СОЮЗМОЛОКО ссылается на неких экспертов из Новой Зеландии, США, Канады, Нидерландов и др.

Для справки: средний надой на корову в Новой Зеландии не превышает 4,6 тонн в год. И увеличивать этот показатель никто не собирается. Просто в Новой Зеландии слишком много коров на такое население: 3,5 млн. животных на 3,5 млн. человек.

На самом деле всё очень просто: у нас очень мало коров.

Их просто должно быть больше. И это понятно, что в Нидерландах идет борьба за каждый грамм надоенного молока, ведь по-другому не нарастить производство. Там и так 38 коров на 1 кв. км. А в России - 0,3 коров.

И даже в самом нашем молочном регионе - Татарстане - 3,7 коров на 1 кв. км. Это меньше, чем в Нидерландах, Пакистане, Индии, Новой Зеландии, Бельгии, Ирландии, Швейцарии, Дании, Германии, Кении, Великобритании, Беларуси, Танзании, Польше, Турции, Франции, Австрии, Италии, Израиле, Египте, Литве, Чехии, Эквадоре.

Собственно, всё!

Источник